После многочисленных заявлений Давида Жвании о том, что кандидата в президенты Виктора Ющенко никто не травил, а вся эта громкая история не что иное, как пищевое отравление, последствиями которого стал обыкновенный панкреатит, имя Александра Зинченко привлекает к себе особое внимание. Именно Зинченко на тот момент был руководителем штаба «Нашей Украины». Именно он 17 сентября 2004 года заявил о том, что кандидата в президенты отравили и указал пальцем в сторону его политических оппонентов. И именно его Жвания назвал одним из организаторов чудовищной пиар акции по победному продвижению кандидата Ющенко к президентскому престолу.

За Зинченко давно закрепилась слава политика, который на протяжении своей карьеры совершал неординарные поступки. Каждый раз их трактовали, да и сегодня трактуют по-разному. Громкий уход из СДПУ (о) в 2003 году с поста заместителя главы партии предвосхитил историческую для «оранжевой» команды пресс-конференцию госсекретаря Зинченко в 2005-м. В результате обвиненный в коррупции секретарь СНБО Петр Порошенко завис не только на краю стола пресс-центра Интерфакса, но и вместе с «любими друзями» - в украинской политике. Правительство Тимошенко пало, а команда Ющенко развалилась.

Однако после всенародных оваций, которые подарила Зинченко страна, он покинул большую политическую сцену и ушел в тень. В 2006 году, не привлекая к себе особого внимания, вновь стал советником Президента, а в 2008 – членом команды БЮТ. Сам Зинченко трактует собственное политическое непостоянство желанием оставаться в согласии прежде всего с самим собой. А богатый опыт последних лет, приобретенный вместе с командой демократов и пережившим личную трагедию Президентом, считает бесценным.

Надо сказать, что это интервью Александр Алексеевич дал «Обозу» еще месяц назад. Однако в самый последний момент не дал согласия на публикацию. Что тогда стало причиной столь неожиданного поведения Зинченко, гадать не будем. Однако на днях он нарушил табу на некоторые неудобные темы, сделал несколько коротких заявлений в СМИ и неожиданно ответил на очередной звонок автора этой статьи. В тот же день мы сверили часы в контексте последних событий.

Именно об этих событиях, а также о многих других моментах, связанных с ближайшими перспективами зашедшего в тупик украинского политикума, мы беседовали с руководителем группы научных консультантов и референтов премьер-министра Украины, главой фракции БЮТ в Киевраде, Александром Зинченко.

«Нет такого нормального человека, который ради власти пойдет на подобные эксперименты над собой»

-Александр Алексеевич, сегодня обе команды и БЮТ, и НУ-НС работают на полное взаимное уничтожение. Тема отравления Ющенко, которую так нещадно эксплуатируют СМИ, стала одним из инструментов этого уничтожения.

- «Нещадно эксплуатируют» - согласен. С противостоянием – тоже. Что касается команд – нет. И в одной, и в другой командах немало принципиальных сторонников последовательного сотрудничества в рамках коалиции. Впрочем, считаю, что политики должны остановиться. Все. Правые и неправые. Историю с отравлением предоставить следователям и судьям. Другого варианта я не вижу. И говорить об этом столько, сколько говорится сегодня, смысла нет.

- Понятно, что так или иначе каждое слово опального Жвании критично бьет по президенту. Политическая репутация и без того не слишком рейтингового главы державы может быть безвозвратно потеряна. А вместе с нею и власть. Однако неужели вам комфортно оставаться в тени, когда вас лично обвиняют в организации столь странного пиара?!

- В первую очередь, происходящее наносит ущерб интересам Украины, и только во вторую очередь интересам отдельных лиц. К тому же я нигде не читал, чтобы Жвания обвинял меня лично. Потому рекомендовал бы всем унять подобную политическую лексику. Когда 14 сентября я приехал в австрийскую клинику, то на кушетке увидел умирающего человека. Тогда стоял вопрос не президентства. Жизни. И вы хотите сказать, что это специально делалось ради пиара? Что все это был чей-то спланированный ход, и Ющенко уже потом специально накачали диоксином? Покажите мне человека, который это сделал? Расскажите логику этого процесса? Что это за эксперименты такие? Я убежден, что нет такого нормального человека, который ради власти пойдет на подобные эксперименты над собой!

Сегодня мои отношения с Виктором Андреевичем могут складываться по-разному. Однако я и сейчас считаю его мужественным человеком, который пережил страшное отравление и вынес достаточно много физических страданий.

Теперь жалею только о том, что следствие самым серьезным образом не заработало в сентябре и октябре 2004 года, пока свежи были события и обстоятельства.

- Так почему вы сразу не обратились в МВД? Почему не была привлечена австрийская полиция, как того требует закон этой страны?

- Все официальные обращения были проведены, совершены. И не только в адрес австрийских, но и иных международных структур и органов. Украинские же правоохранители демонстрировали безучастность.

Так или иначе, но время действительно было упущено. К тому же я не совсем понимаю Виктора Андреевича, который в апреле 2005 года вдруг заявил, что «мы уже близки к развязке». Так безапелляционно комментировать ход и результаты следствия мог только следователь, который получил неопровержимые доказательства и знает, что ему уже ничего не помешает. Это была большая ошибка Ющенко, возможно, помешавшая расследованию этого преступления.

- Однако сегодня безапелляционные обвинительные реплики Ющенко в адрес Жвании могут «помочь» быстрому раскрытию преступления. Вам так не кажется?

- Считаю, что раскрывать преступление – дело следователей, а не политиков. Какого бы ранга они не были.

- Но Жвания говорит, что все - ложь! Что не было никакого преступления! Было банальное пищевое отравление.

- Если панкреатит дает такие рецидивы, покажите мне хоть одного человека с такими рецидивами! Не было и нет такого человека! Зато 18 сентября на сцене Майдана стоял Ющенко. Я видел своими глазами, что он вообще мог не закончить очередную фразу… Все, кто был рядом - обомлели… И это для кого-то был пиар или «обычный панкреатит»? Общаясь по роду своей работы с Президентом уже после революции, я своими глазами наблюдал все последствия этого отравления. Каждый день Ющенко давался ценой неимоверных усилий. Это, во-первых.

Во-вторых, у меня вопрос к Давиду Важаевичу - почему он, обладая информацией, которую сегодня распространяет, продолжил принимать активное участие в избирательной кампании? Что он в таком случае вообще там делал? Тоже пиаром занимался? Почему Жвания сразу не сказал: ребята, я в такие игры не играю?

- Но ведь и все знающий Ющенко тоже мог больше «не играть» со Жванией. А он назначил своего «отравителя» министром!

- Выбор есть всегда. И у каждого он свой. Но если ты что-то знаешь и продолжаешь в этом участвовать, значит, ты - соучастник. Если не знаешь, то…

- Вы - не знали?

- В отравлении я был уверен. И остаюсь. Все, что прочитал после – только укрепляет доказательную базу моего мнения. Поэтому я и теперь также искренне рекомендую Давиду Важаевичу прекратить информационную кампанию в СМИ, собраться с мыслями, документами, фактами и сделать шаг навстречу следствию. Повторяю, что единственный человек, который может и должен свести все воедино - следователь. Слишком уж много слухов и версий. Но в какой-то же точке они сходятся?! Эту точку должен найти специалист. Не президент. Не Жвания.

Не договаривать же в этой ситуации любой из сторон – крайняя степень цинизма. Это - шантаж. Я же до сих пор убежден, что это была далеко не игрушка. Кто носитель? Я не могу утверждать.

- Но именно вы тогда сделали это шокирующее заявление и обвинили в отравлении политических оппонентов Ющенко.

- Заявление об отравлении непищевого происхождения я делал на основании известных на тот момент документов, а не догадок. Делал это как руководитель кампании. Считаю, что поступил правильно. Что касается обвинений в адрес оппонентов, то я не указывал и не указываю на конкретное лицо. Оно мне неизвестно.

- Вы часто ходите к следователю?

- Все, что я знаю, я рассказал. На все вопросы ответил.

- О том, как вы стали руководителем избирательной кампании, следователь вас спрашивал?

- Спрашивал. В моем назначении была железная логика. Разрозненные демократы были обречены найти человека, равноудаленного от каждой из коалиционных политических сил, способного обеспечить единство позиций по ходу кампании. Почему этим человеком стал Зинченко?

Я не был членом ни «Нашей Украины», ни БЮТ. В то же время занимал пост вице-спикера. А в политике, как известно, важно привлекать к сотрудничеству людей, обладающих максимальным контролем властных полномочий.

К тому же, с 2002 года я последовательно и неоднократно голосовал синхронно с оппозиционными силами. Против, к примеру, конституционной реформы. Таких голосований было достаточно. Что недвусмысленно позиционировало меня на стороне демократов.

Если же вспомнить еще и развернувшийся во время избирательной кампании конституционный политический конфликт, то в кабинете у Литвина в день происходило по 2-3 встречи. Так получалось, что Ющенко сидел слева от меня. Мы часто обменивались мнениями, я давал какие-то советы… То есть решение о совместной работе родилось в процессе общения и не было сумбурным. Потом состоялся разговор с Виктором Андреевичем, который лично предложил мне стать руководителем кампании.

- То есть вы не были креатурой Тимошенко, Третьякова, Мартыненко, Порошенко…?

- Я был креатурой Ющенко. Безусловно, нашлись силы, которые сильно хотели выжать из ситуации конфликт. Некоторые и сегодня пытаются найти в этом какой-то криминал. Не получилось. Наверное, в силу того, что у Романа Безсмертного, который руководил штабом «Нашей Украины», нашлось достаточно ответственности и, если хотите, мужества, согласиться с этим единственно верным на тот момент решением. Все остальное – впоследствии не слишком идеально сложившиеся с ним отношения, какие-то надуманные публикации в прессе, - детали, которые давно ушли из памяти.

- Многие утверждают, что память может к вам вернуться ближе к 2010 году. Мол, тогда – накануне президентских выборов вы и вспомните имя главного пиарщика кампании с отравлением …

- В той же газете, где вы это прочитали, задались еще более интригующим вопросом: доживет ли Зинченко до 2010 года? И вы считаете, что я должен отвечать на подобные вопросы? У меня и сегодня нет проблем с памятью. И я прекрасно помню, что в то время как ВАЮ терпел страшные муки, рождалась страна. И надо, наконец, прекратить рассматривать оранжевую революцию как схему, вписывая в нее в качестве одного из пунктов отравление Ющенко. Кто бы что не говорил, но это было общественное явление рядом с личной трагедией будущего Президента. Подавляющее количество людей несли на Майдан свою позитивную энергию. Что потом выражалось в массовых пожертвованиях, участии, желании помочь…Как в Писании – отдай, и тебе воздастся.

- Как это радикально отличается от того, с чем мы имеем дело сейчас … Предположим, что совпало много разных вещей, в одно время и в одном месте. Но если люди шли на Майдан с энергией, как вы говорите, и желанием помочь, то что несли туда вы – политики? Когда вы были искренни – тогда или сейчас?

- Не хочу говорить о политиках вообще. Скажу о себе: и тогда, и сейчас. Лично я тогда пережил то, что выпадает человеку, вероятно, лишь раз в жизни. Майдан оказал на меня колоссальное воздействие. Уже спустя два года мне рассказали, как из киевской больницы страдающих раком больных отпускали на Майдан. Для того, чтобы они зарядились энергией. И некоторые выздоровели.

- А хотела выздороветь целая страна…

«Я создавал аппарат Президента, а не теневой Кабмин, который существует сегодня»

- Надо сказать, что количество политических рецидивов, которые за последние годы увидела страна, шокирует не меньше, чем появление Ющенко 18 сентября. Раскол «оранжевых», реванш Януковича, победа и теперь уже фатальное противостояние Ющенко и Тимошенко. Только показывать на этот раз не на кого. Искать виноватых – негде.

Вы до сих пор считаете, что был какой -то смысл в вашем отчаянном поступке, когда вы публично заявили о коррупции в рядах команды Президента?

- Был и есть. Самое главное было утверждать делом, а не на словах: не все продается. Не судачить на кухне, а сказать, глядя прямо в глаза.

- Надо сказать, Петр Алексеевич обеспечил вам эту возможность...

- Не только он. Хотя многие меня и сегодня не понимают, говорят, что Зинченко просто оказался слабым, не сумел воспользоваться ситуацией и полномочиями госсекретаря. Значит, насиловать страну – это сила, а создавать нормальный аппарат, нормально работать по нормальным правилам - это слабость?! Признаюсь, до сих пор я имел и имею колоссальную поддержку от простых людей.

- «Насиловать» как Балога?

- Я не видел и не вижу такой роли СП в политической истории страны, какую в очередной раз получила администрация президента. Я выстраивал аппарат Президента, а не теневой штаб, Кабмин или что-то еще. Страна это прошла вместе с Медведчуком. Я же предпочитаю жить по другим принципам.

- Александр Алексеевич, давайте будем честными. Ваша так называемая канцелярия превзошла в штате предшествующую администрацию Медведчука!

- Минуточку! Граничная численность аппарата установлена указом Президента и при мне не превышала численности аппарата Кучмы. Штат действительно первоначально уменьшился незначительно. Но дьявол – он всегда в деталях. И таких деталей на тот момент оказалось достаточно. Последние люди увольнялись по суду только в июне месяце. До 200 человек числились в штате, но вообще могли не выходить два месяца на работу. А ведь нам был нужен результат, а не численность! Что было делать? Подождать 6-8 месяцев пока завершатся суды. Или начинать торпедировать процесс обеспечения нормальной работы Президента?.

- И вы набрали «гарвардских мальчиков», которые, в итоге, оказались не в состоянии наладить банальный документооборот?

- Давайте говорить не штампами, а фактами. Мы наладили работу с Кабмином не в терминах «кто кого», а терминах сотрудничества. Всего за шесть дней была подготовлена и 23 января состоялась инаугурация президента. Переговорами 24 января в Москве и 19 марта в Киеве мы завладели политической инициативой в отношениях с Россией, впервые сдвинули с мертвой точки инициативы по демаркации и делимитации границы, подписали новое соглашение – после длительного перерыва – о сотрудничестве в космосе, украинский Ан-148 стал «машиной салона» МАКС-2005 в Москве и красовался почти во всех российских журналах. В июле подписан самый крупный контракт на поставку наших 140-х и 148-х машин, начат выпуск украинских АН в Самаре… Заметьте, ни слова о ценах на газ.

Успешным оказался визит Ющенко в США в апреле. В марте с группой сотрудников мы готовились к нему в Штатах. У меня состоялись довольно продуктивные встречи с Д.Чейни, К.Райз, со всеми(!) помощниками и советниками президента Буша, ключевыми министрами. Весной была открыта новая страница отношений с Казахстаном и через два месяца осуществлен продуктивный визит Ющенко в Астану. Проблему поставок нефти и газа мы решали не через повышение цен, а поиском альтернатив. Например, достигли согласия Ливии на освоение четырех месторождений газа и нефти.

В мае удалось сделать крупный шаг по налаживанию отношений с предпринимателями в Донецкой области. Мы стали расставаться с конфронтацией, налаживать сотрудничество…. Подготовка выступлений и встреч Президента…. Почти в 30 раз (если не ошибаюсь) выросло количество обращений к нему… Мы вышли на комплексную программу по земельной ренте (а не дерибана), уже 15 апреля я официально предупредил о тупиковой модели организации власти, которая грядет с 1 января 2006 года, после вступления в силу конституционных изменений..

… Могу продолжать. Но не думаю, что эти детали сегодня интересуют читателя. Может, яркого пиара было тогда поменьше. Да, я работал руководителем аппарата Президента 8 месяцев. По всем законам менеджмента получить результат за восемь месяцев невозможно! Но если вы сейчас заявите, что наша государственная машина была здоровой, а я сделал ее нездоровой, или что кризисные менеджеры СП образца 2008 года создали адекватный механизм здоровья, тогда я с вами соглашусь.

На самом деле 6 сентября – на следующий день после моей пресс-конференции - у Президента был чуть ли не единственный шанс сделать несколько очень мощных позитивных ходов и поставить страну на путь выздоровления.

- Вы не думали, что этим шагом будет отставка Кабмина?

- Безусловно, нет! На следующий день прошло заседание СНБО, где тему прозвучавших заявлений вообще не подняли. Это означало, что система перестает быть чувствительной к тому, что происходит в стране. Но если я, заявляя о коррупции в 2005-м, был не прав, то скажите, за счет чего же она так буйно цветет в 2008-м?

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…